WR: Прывітанне, Піно Грыджыа!

В самой по себе новости о появлении на российском рынке вин из Белоруссии с иностранными названиями нет ничего нового. Достаточно зайти на любую крупную интернет-витрину, чтобы обнаружить там десяток бутылок, типа El Classico Sauvignon Blanc Valul Lui Traian IGP.

И даже не нужно гадать «откуда в Беларуси виноград». Всё написано на этикетке: Valul Lui Traian IGP - это «Траянов вал» географическое наименование Молдовы, откуда традиционно в Беларусь везут много балка. Все зависит от целей. Мировой рынок виноматериалов, хоть и закрыт с 2020 года для России по факту, но никуда с планеты Земля не делся. Даже из дефицитной Глеры виноматериал можно найти, как выясняется.

Много балка для таких целей есть, например, и в Македонии, из материалов которой в Германии делается много дешевого Рислинга.

Почему бы вместо Германии не налить его в Минске? На заводе виноградных вин или на заводе игристых вин (это два самых крупных ботлера в Беларуси).

Интересно ценовое позиционирование этих вин. Самим молдаванам своё IGP продать за 700 рублей в России так и не удалось, а сейчас молдавские вина минского розлива стоят на полках по 600-700 рублей. Прывітанне! (В переводе с белорусского: здравствуйте!). Так рыночная конъюнктура складывается. Новые возможности открылись.

Как не вспомнить легендарное от 2015 года, контр-санкциям посвященное:

Тут на выручку русичам бросились
Братья русичей-белорусичи
Научились сыры делать с плесенью
Моцареллу и прочие финики.

Даже стали креветку вылавливать
Говорят, прямо в поле картофельном.
Еще лучше жить стало русичам.
И вообще хорошо белорусичам.

Если серьезно, российские контр-санкции очень помогли белорусской рыбопереработке. Почему бы и винодельческую промышленность не подтянуть? Кроме Минска есть ещё Гомель и тот же Брест. Дружественные мощность позволяют наращивать производство (мы про это в январе писали - почитайте).

Самое интересное другое: это масштаб явления. Если Грузия увеличивает поставки вина на 30% за квартал - это всё сразу в новостях. А тут только база Роспатента. Ни единого белорусского литра в сегодняшней статье Коммерсанта по этой теме не озвучено. Одни пространные разговоры.

Дело в том, что экспорт вина из стран ЕАЭС в Россию не видит таможня. Его нет в статистике.

Мы задавали этот вопрос экспертам ФТС. По-большому счету, отследить продажи любого производителя до бутылки может только РАР. Остальная статистика «перемещений» алкоголя между странами Союза не вполне валидна.

Косвенные данные о росте поставок белорусского вина в Россию можно почерпнуть из самой белорусской статистики.

Она там интересно устроена. Объем производства виноградного вина в республике за год известен не в январе следующего года, а в декабре предыдущего. Потому что, производство плановое и на него выделяют квоты, больше которых выпустить нельзя. Несколько лет квота на производство виноградных вин в Беларуси была стабильной. Белорусский рынок подрастает за счет роста потребления импорта (в Минске всё больше неплохих сетей винотек), а дешевый сегмент закрывают вина плодовые и фруктовые из местного сырья.

Но на 2024 год квоту на виноградные вина с 39,5 подняли до 40 млн литров. Вроде бы, это «слезы». Что такое 600 тыс бутылок? Крупной федеральной сети «губы смочить». Но, повторимся, показатель это косвенный. Никто не сказал, что квоту прошлых лет выбирали полностью.  Объем розлива «под Россию» внутри квоты наверняка начал расти ещё в 2023 году, а на 2024-й его просто перестало хватать.

По нашим оценкам, в этом году Беларусь имеет хорошие шансы войти в 20-ку крупнейших поставщиков вина в Россию и далеко не на 20-е место.

Почему так получается? С повышением акцизов и пошлин, спрос на Пино Гриджио никуда не делся. Удовлетворить его внутренними ресурсами нельзя. Из 340 га Пино Гри 17 миллионов литров вина с соответствующей надписью на этикете сделать не выйдет. Значит, Пино Гриджио вместо итальянского будет из ЮАР, Беларуси, Грузии.

Защитные меры не равняются стимулирующим. А главный объект для стимула - спрос. Не на абстрактный литр вина, а на конкретный стиль и сорт.